Все записи автора Михаил Сендер

Чем обернулась евроинтеграция для Прибалтики?

В 1991 году Литва, Эстония и Латвия первыми покинули СССР. Далее эти достаточно разные государства, часто обобщаемые как «Прибалтика», с разным успехом но со схожим упорством пошли по пути целенаправленной интеграции в западное и европейское сообщество. Этот путь проходил через весьма болезненные рыночные и структурные реформы и закончился вступлением этих стран в Европейский союз в 2004 году. С этого момента прошло много лет. Что дало прибалтийским странам вступление в ЕС? Стоило ли ради этого ломать советскую промышленность и годами мучить слабые слои населения болезненными реформами? Те, кто бывал в этих странах до и после «шоковой терапии», знают ответ. Среди остальных на этот счёт бытует множество мифов, часто подогреваемых ангажированными СМИ и сарафанным радио из жанра «подруга моей подруги живёт в Латвии и рассказывала…».  Читать далее Чем обернулась евроинтеграция для Прибалтики?

Откуда берётся русофобия?

Понятие «русофобия» — довольно мифическое слово. Пользуются им, нынче, многие, подразумевая довольно разные вещи. Русофилы часто злоупотребляют этим словом, приписывая русофобию чуть ли не всем, кто в любом контексте дурно отзывается о России либо критикует Путина. Есть и те, кто отрицает существование русофобии, и списывает её на паранойю всё тех же русофилов, верящих в существование «русского мира» и воспринимающих дезинтеграцию славянских народов и национализм в соседних странах как признаки русофобии. Но я хочу поговорить о настоящей русофобии, как о страхе к и отторжении всего русского. Точнее, о её причинах. Русофобия действительно существует. И хотя признаки её очень похожи везде, причины её возникновения в России, на западе и в некогда подконтрольных России странах — довольно разные. Думаю, и русофобам, и русофилам, и всем остальным, было бы полезно понять эти причины, перед тем, как кричать и осуждать. Как и во всём, если подходить к проблеме без понимания, то решить эту проблему всегда очень сложно. Итак… Читать далее Откуда берётся русофобия?

Кому мы нужны на западе?

Один из самых неприятных мифов, с которыми я столкнулся, вернувшись в Беларусь после многих лет жизни в Евросоюзе, это миф о том что, якобы, «на Западе» бытует некое презрительное отношение к странам бывшего соцблока и выходцам из них. У этого мифа даже есть устоявшийся лозунг: «Нас на Западе никто не ждёт.» Эту фразу я (и вы, наверное, тоже) слышал так много раз, что невольно начал задумываться, не является ли она результатом хорошо спланированной пиар-кампании. В политическом дискурсе к этому мифу часто прибегают противники интеграции наших восточноевропейских стран в западное сообщество, желающие доказать существование некого невидимого социо-культурного разлома там, где когда-то пролегала европейская граница СССР. Между строками подобной риторики прослеживается мифическое разделение на «их и нас», мол, «они нас за людей не считают», «мы для них — рабы», «мы им нужны только как рынок сбыта/сырьевой придаток/колония/вассал» и т.д. И всё же, так кому мы там реально нужны? Читать далее Кому мы нужны на западе?

Мирный развод братских народов — 100 лет спустя

Прошло более 100 лет после распада Шведо-норвежского союза и окончательного выхода Норвегии и Финляндии из под влияния Швеции. Давно забыт накал страстей вокруг Аландских островов, 96% населения которых 100 лет назад проголосовало на референдуме за присоединение к Швеции, чьи войска временно располагались на острове. Решение тогда не получило поддержки Лиги наций, и острова так и остались в составе Финляндии, получив статус автономии, где всё население до сих пор говорит на шведском языке. Ещё век спустя также мирно распался Советский союз. Как сегодня соседствуют и взаимодействуют образованные в итоге его распада государства мы знаем. А как оно будет через 100 лет после развода? Какие выводы можно извлечь из опыта дезинтеграции Скандинавии, завершившейся 100 лет назад? Как шведы, норвежцы и финны относятся друг к другу сегодня? Что стало с доминирующими ранее шведским языком и культурой? Исчезли ли комплексы неполноценности и жажда великодержавия? Читать далее Мирный развод братских народов — 100 лет спустя

Трамп и Путин. Да, между ними действительно что-то есть

Обычно я не публикую чужие материалы в своём блоге. Однако этот материал — слишком интересен, чтобы не быть прочитанным по причине языковых барьеров. Автор статьи — авторитетный американский журналист и блогер, редактор ресурса Talking Points Memo и лауреат журналистской премии Джоржа Полка Джош Маршалл (Josh Marshall). Не могу сказать, что все приведённые Маршаллом примеры кажутся мне исчерпывающе убедительными. Некоторые, по мне, немного натянуты. Но многие приведённые им факты заставляют задуматься, а ракурс подачи данной информации — чрезвычайно интересен. Я сделал достаточно свободный перевод, чтобы избежать косноязычия. Убрал также пару абзацев, где было слишком много повторения. Оригинал статьи можно прочитать тутЧитать далее Трамп и Путин. Да, между ними действительно что-то есть

Ловушки демократии: власть заголовков

Результаты референдума о выходе Великобритании из Евросоюза стали неожиданным щелбаном по множеству лбов. Щелбан получили космополиты-идеалисты вроде меня, мечтающие о мире без границ и надеющиеся на то, что наши правнуки не будут знать что такое паспорта, визы, разрешения на работу и таможенные пошлины. Получили щелбан все, кто что-то понимает в экономике и знает, к чему приводит дезинтеграция крупных рынков. Получили по лбу американцы, потерявшие свой главный канал влияния на европейскую политику. Получили китайцы, чья экспортно-ориентированная экономика напрямую зависит от стабильности глобальной экономики и основных рынков сбыта. Получила мощный щелбан британская молодёжь, две трети которой не пришли голосовать и теперь поняли, что зря, т. к. теперь пенсионеры отобрали у них будущее. Получили шотландцы, голосовавшие ранее за сохранение Шотландии в составе Соединённого королевства и теперь кусающие локти. Но кроме всех прочих получили щелбан ещё и все циники в авторитарных странах, которые годами утверждали, что никакой демократии и свободы слова на самом деле в мире не существует, и что везде СМИ контролируются государством и ведут пропаганду в его пользу (естественно под влиянием госдепа США). Британский референдум является ярким доказательством того, что все подобные утверждения — не более чем выдумки параноиков и завистливых бездельников. Однако он также является примером того, как демократия может стать ловушкой…

Читать далее Ловушки демократии: власть заголовков

Сказка о том, как медведь с колен вставал (Часть 2)

В первой части сказки мы узнали о том, как после долгой вражды медведь подружился со львом, как лесные звери полюбили саванну, как лев стал самым большим авторитетом и как медведь начал жалеть об этой дружбе. История закончилось страшной ссорой медведя с лисой, которой медведь откусил хвост, и о новой вражде между лесом и саванной. После многочисленных просьб читателей, я рад представить вам продолжение этой теперь уже весьма популярной сказки, содержание которой многим из вас показалось довольно знакомым…  Читать далее Сказка о том, как медведь с колен вставал (Часть 2)

Чью победу мы празднуем 9 мая?

Мой прадед Ипполит был православным крестьянином в деревушке Стриевка близ нынче белорусского города Гродно. Тогда это была Польша, всего недавно снова образовавшаяся как независимое государство после распада Российской империи. Некогда одна из сильнейших европейских держав, многонациональная Польша (на её территории проживало 5-6 миллионов украинцев, более 3 миллионов евреев, полтора миллиона белорусов и почти миллион немцев) тогда была на ещё более раннем этапе государственного становления, чем современные Беларусь и Украина. Нельзя сказать, что мой прадед был богат, но он имел землю, немного леса, держал скот и нескольких лошадей. После того, как Сталин и Гитлер 23 августа 1939 года договорились о разделе восточной Европы между СССР и Германией, в Польшу с востока вошли советские войска, в то время как немецкие уже маршировали с запада.  Читать далее Чью победу мы празднуем 9 мая?

Миф о противостоянии Европы и России

Ввиду всех неприятных событий последних лет, старый миф о «чужой» Европе начал перерастать в нечто очень неприятное и опасное — в миф о неком естественном цивилизационном противостоянии между Россией и Европой. Почему миф? Неужели никакого противостояния нет? Скажем так: есть на нашем континенте мощное противостояние, но природа его — совсем не та, которой её часто изображают. Невозможно отрицать объективно имеющий место политический конфликт между Российской Федерацией и почти всем цивилизованным миром в связи с Украиной (Крым, Донбасс, санкции, сбитый Боинг и т.д.). Но мы легко попадаем в ловушку стадного мышления (деления мира на своих и чужих) когда нам этот конфликт пытаются преподнести как конфликт этно-культурный, типа «Европа против русских» или «Орде в Европе не место» или «России с Европой не по пути».  Вы не раз слышали подобные фразы и, возможно, сами их говорили.   Читать далее Миф о противостоянии Европы и России

Почему мы так боимся мигрантов?

Когда я ещё подростком в 1997 году иммигрировал в Швецию, меня направили в специальный школьный класс для иммигрантов с углублённым изучением шведского языка. В классе учились подростки разных возрастов из самых разных стран: Эфиопии, Того, Ганы, Ирака, Афганистана, Ирана, Филиппин… Некоторые из них почти никогда не учились в школе. Из европейцев были только я, поляк, украинец и немец, который вскоре уехал обратно в Германию. Я со всеми одноклассниками был в хороших отношениях, однако в целом в классе атмосфера была ужасная. Между представителями средневосточного и африканского контингентов постоянно происходили перепалки и драки. В адрес последних регулярно звучали оскорбительные выражения, из которых «горилла» было самым мягким. Эти перепалки очень раздражали и мешали учёбе. Я сильно сочувствовал нашей учительнице Монике, которая проявляла невероятное терпение и несмотря на свинское поведение отдельных учеников, никогда не срывалась и не позволяла себе неуважительно обращаться ни с одним из них. За это её все уважали и слушались. Однажды, общаясь с Моникой за обедом в школьной столовой, я выразил озабоченность тем, что Швеция принимает так много мигрантов. Объяснил я это примерно так:  Читать далее Почему мы так боимся мигрантов?